lk
Rus Eng
База данных
и аналитика

российского
современного
искусства
61.32
USD
75.65
EUR
Rus Eng
23 Апреля 2018

Ульви Касимов: «Если музей принимает твой дар, это подтверждение качества твоей коллекции и качества тебя самого»

11 Января 2018
В МАММ — выставка «Война и мир. На заре фотожурналистики. 1910-е годы» из архивов, подаренных музею Рейхан и Ульви Касимовыми

На выставке — 100 фотографий  из архивов газет и информационных газет столетней давности, где во всех бытовых подробностях документирована жизнь на войне и мирная жизнь в тылу. Лондонская и парижская повседневность, belle epoque, женский теннисный турнир, свадьба аристократов, новые танки и противогазы, футбол на поле сражения, благотворительные рождественские обеды для раненых, подростки на заводах и фабриках. 

Более тысячи исторических фотографий периода Первой мировой были куплены, в том числе на аукционах, предпринимателем, венчурным инвестором, членом попечительского совета музея Ульви Касимовым и переданы в дар МАММ.

Forbes Life расспросил Ульви Касимова о его коллекции и дарении музею. 

Когда и как вы начали коллекционировать? 

Лет десять назад. Свое коллекционирование я называю изучением самого себя. Например, покойный дед, мама, многие ее родственники — архитекторы. Касимовы — известная фамилия в Баку. Однажды случайно нашел книгу с описанием некоторых исторических зданий Баку и с удивлением узнал, что многие здания, которые сегодня являются архитектурно-историческими памятниками, построили и владели когда-то мои предки. Так включился мой интерес к истории региона. Я стал собирать старые книги. Как-то в «Букинисте» на Тверской копался в книжках — цап — книга 1989 года. Издание некачественное, бумага желтая, но название интересное «Похождения дона Хуана Персидского». Никогда о таком не слышал. Книга написана во времена Ивана Грозного, Бориса Годунова, когда в Персии правила азербайджанская династия, Шах-Аббас Великий. В книге идет речь о войне Персии с Турцией. И Шах-Аббас снарядил посольство, чтобы искать союзников среди христианских государств против Турции. Посольство по Каспию, по Волге добралось до Казани, оттуда на санях в Москву. Дальше они попали в Архангельск, из Архангельска обогнули всю  Скандинавию, проехались по мелким германским княжествам, а оттуда в Ватикан. В Ватикане часть посольства приняла католичество. Оставшаяся часть посольства доехала до самого в тот момент сильного европейского государства, Испании, где послы приняли католичество. Их крестил сам король. Один из послов, Орудж-бек Баят, стал доном Хуаном. Он написал книгу из трех частей. Первая об истории Персии, вторая — об обычаях и традициях Персии, третья — о своем посольстве, которое было сомасштабно путешествию Марко Поло. Это как раз тот период, когда предок моего дедушки дал фамилию династии Касимовых. Книга была издана в 1604 году в Вальядолиде. Впервые ее перевели со староиспанского на английский. И все последующие переводы были с английского. 

Больше полугода мы искали оригинальное издание. Выяснилось, что за 30 лет оно дважды всплывала на аукционах. Нашли коллекционера, долго торговались, в итоге манускрипт я выкупил. Затем нашел в Москве талантливого переводчика, Михаила Чиликова. И он около года переводил книгу со старо-испанского. Это первый прямой перевод на русский язык. Почти полгода ушло на перевод сонетов. Потом я дал почитать перевод своему знакомому, художнику Алексею Кравченко из Академии Андрияки. Ему удалось сделать иллюстрации к книге, стилизованные под персидские миниатюры того времени. Все это время в проекте активно участвовала моя жена Рейхан. Она придумала шрифты и дизайн. В итоге тиражом в 50 экземпляров мы издали эту книгу. Нам хотелось повторить тот опыт, когда за книгу могли платить как за дом, вернуть книге ее предметную ценность. Чтобы она потом передавалась по наследству, как семейная реликвия. 

Исторический опыт показывает:  больше шансов остаться в истории у тиражных вещей, а не уникальных. Получается, что тираж — способ сохранения культуры. Поэтому через какое-то время я опубликую, конечно, книгу с картинками в интернете с бесплатным доступом. Но прежде хочу устроить презентацию. 

Антикварные книги, фотографии, что вы еще собираете? 

Живопись. Мой дед был профессором архитектуры в Баку, а еще читал лекции в художественном училище. Однажды в Баку я покупал работы в мастерской у художника, разговорились, оказалось, он — ученик моего деда. И потом выяснилось, что из более 200 работ азербайджанских художников в моей коллекции большинство написаны учениками деда. 

Самая большая  часть коллекции —  фотографии. Для меня фотография — машина времени, картинка, позволяющая увидеть, как это было в прошлом. 

Часто люди  продают что-то, чему совершенно не придают значения. Я купил на аукционе несколько сотен фотографий на стекле какого-то важного вельможи начала 20-го века. Оказалось, это замначальника английского генштаба генерал Чарлз Харингтон Харингтон. Все снимки упакованы в коробочки, обернуты папиросной бумагой и подписаны. На снимках в том числе Крым, Севастополь. Вместе со «стекляшками» продавался «волшебный фонарь», проектор. А еще в этой коллекции был альбом с бумажными фотографиями. Это были снимки 1922 года — отчет о подписании Муданского перемирия — важнейший документ в истории современной Турции. 

Кто вам все это помогает подбирать, искать, отслеживать? Есть ли у коллекции куратор? 

Сначала я искал куратора коллекции. Встречался с кандидатами. Потом решил, что самому курировать интереснее: занимаюсь всем сам, но несистемно. Иногда раз полгода, иногда по десять раз в месяц. 

Вот смотрите, бронзовая фигурка быка. Очень современная, а это этруски, 3000 лет. Как не купить? Я каждый раз смотрю на этого быка: как же хорошо, что он у меня.  

Что вас заставляет отдавать, дарить музею?

Главное желание человека — жить вечно. Маленький ребенок уверен в этом. Став постарше, человек  вынужден признать, что бессмертие возможно, но не сегодня, завтра. И дальше взрослые начинают хеджировать свою вечную жизнь через детей — самый простой способ продления себя, — или через дела, проекты. Коллекционирование, дарение музею — это еще один способ себя увековечить. Это очень естественно собрать работы, а потом подарить музею. 

Если музей принимает твой дар, это подтверждение качества твоей коллекции и качества тебя самого. 

Как только какой-то блок в коллекции собирается, я отправляю транш в музей. Например, эти фотографии начала XX века, Первой мировой — всего несколько тысяч снимков.

Почему именно этот период, фотографии Первой мировой?

Все началось с неожиданной находки: «О, какая интересная штучка!» А дальше я уже целенаправленно отслеживал ситорические фотографии на рынке, на аукционах. Несколько раз новостные агентства сбрасывали на аукционы стоки своих архивов 100-летней давности. И я их выкупал. 

Вся моя коллекция оцифрована — мы написали специальную программу для коллекционеров Collection manager, где каждая работа указана с датой покупки, провенансом, ценами. И когда я что-то из своего личного собрания передаю в музей, приезжает представитель, залезает в мои закрома и кликами выбирает то, что интересно музею. 

Как-то выставляли на аукцион Sotheby’s шесть альбомов Первой мировой герцога Йоркского. Я позвонил в Мультимедиа арт музей: вам интересно? Если хотите, я куплю и подарю. Они ответили: «Очень хотим!» 

 

 

Следующая новость
В декабре 2017 года Институт исследования стрит-арта организовал симпозиум «Тезаурус», чтобы прояснить терминологию, связанную с уличным искусством. В обсуждении приняли участие художники, кураторы и исследователи, среди которых – Игорь Поносов и Дмитрий Аске, Сабина Чагина, Константин Богданов, Станислав Скворцов и Константин Ставров, а также Антон Польский, Альбина Мотор и Михаил Астахов. Специально для «Артгида» модераторы симпозиума Дмитрий Пиликин и Мария Удовыдченко подвели итоги шестичасовой дискуссии и постарались зафиксировать актуальный глоссарий уличного искусства.
Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, выполните вход